- Ну что, Ваня, кто твоего пахана завалил? - спросил участливо Павлов.

- У вас хотел спросить.

- А ты наглец, - покачал головой начальник розыска. Аркаша встал позади Золотого и положил ему на плечо тяжелую руку, так что тот нервно заерзал на стуле.

- Да откуда я знаю!

- А я тебе скажу, - кивнул Павлов. - Кто второй человек в бригаде? Ты.

- О какой бригаде речь?

- Не об овощеводческой, Ваня... Ты второй человек. Амбиций у тебя тьма... Ты в курсе, что Плотник собирается по каким-то своим делам к гаражам. Поджидаешь его. И дальше - один выстрел, и решение всех проблем.

- Я? Андрюху чтобы?! - завопил Золотой, пытаясь подняться со стула, но Аркаша резко вдавил его обратно. - Да я б лучше в омут башкой!

- Не свисти. Золотой. Нам твой кураж не убедителен, - сказал Павлов.

- За каким хреном мне Андрюху валить? Весь бизнес на него записан. И все концы у него. Сейчас в бригаде раздрай начнется. Те суки, кто тихо сидели и вякнуть боялись, теперь послабуху требовать станут. Это мне надо? У меня при Плотнике не жизнь, а малина была.

- Кто его мог заказать?

- Не знаю!

- Все ты знаешь.

- Слышь, мужики, как на духу, - ударил себя в грудь Золотой. - Если бы хотя бы что было - незаплаченные долги, разборки! Хотя бы кого напрягли в последний год не по понятиям! Ничего! Все чин-чинарем было, культурно. Все утрясено. Живи да радуйся.

- Все не может быть утрясено, - заметил Аркаша.

- Почти все. И с московской, и со смоленской братвой договорились. Все путем было.

- Всегда будет кто-то голодный, кому ваше процветание не по нутру, сказал Павлов.

- Не знаю.

- Вон, голодная молодежь подрастает.