Но ты же сказала, не знаешь, — мягко, чтобы опять не обидеть девушку, произнес я. — На нет и суда нет.

— Вот глупый! Я не сказала, что мне нечем тебе пособить, — фыркнула русалка. — Не спеши.

Я внимательно посмотрел на Лану, поколебался. С одной стороны, интересно, что может сказать. Ведь не просто девчонка, а древний лесной Дух. Но с другой — мысли в красивой головке скачут, как кузнечики на лугу.

— Ладно, — сухо сказал я после минутного раздумья. — Жду.

Лана крутнулась на месте и счастливо рассмеялась. Волосы взметнулись зеленым вихрем, полетели травинки, листики. Яркий солнечный свет блеснул на гладкой белой коже. Ветер ожил и затанцевал вокруг девушки, взъерошил траву, запрыгал по ветвям. Зашумела листва, заскрипели стволы. Я попытался нахмуриться, но не удержался и тоже улыбнулся.

— Минутку, Саша! — мелодично пропела русалка. — Подожди, я спрошу совета.

— У кого? — удивился я.

Берегиня пропустила вопрос мимо ушей. Легкой танцующей походкой подбежала к ручью. Хлопнула ладонью по воде, улыбнулась искаженному отражению.

— Сестрица-сестрица! — попросила Лана. — Выходи. Ты мне нужна.

Русалка застыла, комично склонила голову набок. Я кашлянул, с неловкостью тронул тетиву лука. Ситуация показалась довольно нелепой. Ручей мелкий, в самом глубоком месте едва по колено. Дно близко, видно каждую ниточку водорослей, гладкие коричневые камешки.

— Сестричка-водичка!.. — опять сказала берегиня. Погладила пальцем свое отражение, хихикнула. — Поможешь? Ой, спасибо! Знала, что не откажешь по давней дружбе!..

— Лана! — проворчал я. — Ты мухоморы ела? Там никого нет!

Русалка оглянулась и погрозила кулачком.

— В чужие разговоры влезать неприлично, — наставительно сказала она.

— Ну-ну, — поморщился я. — Ты общаешься с собственным отражением.

— Нет, — нахмурилась берегиня. — Я говорю с сестрой!