…Сегодня встал еще затемно, принялся хлопотать по хозяйству. Принес воды из ручья, развел костер перед избой. Уже привычно и сноровисто разделал подстреленного накануне оленя. Нанизал куски мяса на палочки и принялся коптить.

Вчерашняя охота выдалась удачной, но трудной. Мне помешал неожиданный порыв ветра. Стрела немного отклонилась, лишь ранила животное. Глупое копытное решило побегать, рвануло в чащу. Только после трех часов испытания на выносливость я настиг животину и добил второй стрелой. Обливаясь потом и шатаясь от усталости, потащил тяжелую тушу домой. Но кросс по лесу того стоил. Теперь я могу забыть об охоте на несколько недель.

Часа три просидел у костра. Менял пруты с мясом, подбрасывал дрова и вымоченные в воде ветки — дыма должно быть много. Затем меня сменил Елистрат, и я смог немного передохнуть.

После всего произошедшего старый домовой выразил Желание жить со мной. Я пытался протестовать — ведь в деревне староверов Елистрату лучше и вольготней. Много собратьев, с коими можно поболтать. Да и люди хорошие, умеют заботиться о домашней нечисти. Но ворчун уперся и наотрез отказался, объяснив тем, что не оставит неразумного дитятю на произвол судьбы. Спорить оказалось бесполезно. Но я не сильно и настаивал. Елистрат явился неистощимым кладезем полезных знаний. Именно благодаря ему я сделал нормальный лук, научился отличать ядовитые грибы и ягоды, смог выжить в лютые зимние холода.

Я посидел на бревне, наблюдая за суетой Елистрата. Хотел вновь включиться в работу, но старый дух раздраженно отмахнулся. Сверкнул глазками, прянул остроконечными кошачьими ушами и проворчал, что сам справится. Я пожал плечами — сам так сам, мешать не буду. Закинул колчан и лук за спину, захватил холщовую котомку и отправился в чащобу…