Пиндрик поморщился слегка от Борькиного богохульства, но по сути не согласиться не мог.

— Так что Аникеев был русским, — завершил свой рассказ Циркач. — Всем русским русский. Понимаешь, всяких козлов националистов, всю эту фашистскую сволочь, размахивающую без разбору двуглавым орлом, серпом и молотом, свастиками, крестами — всех этих уродов Лазарь готов был собственными руками давить. Потому что главной своей миссией считал объединение самых разных национальностей в общем благородном деле. В этом, кстати, и заключалось всегда историческое предназначение русского народа.

— Ну, ты сказанул! — не удержался Пиндрик. — Я прямо школу вспомнил. Наша историчка за такой ответ пятерку бы поставила.

— Ладно тебе, перестань, это Аникеев говорил. Да ты и сам прикинь, ведь только говоря по-русски, азербайджанец, скажем, может договориться с армянином, а чечен с ингушом. Ты вспомни Самашки, Игорь, наши их напалмом поливали, а эти чечены все равно ингушей ненавидели сильнее, чем русских… Да, брат, Советского Союза нет давно, но про объединяющую роль русского народа и русского языка мы зря забываем. Это я тебе точно говорю.

Вот такой разговор получился. Когда времени нет абсолютно, все на ушах стоят и хочется за несколько секунд понять самое главное, Борька иной раз умничать начинает.

А впрочем, может, это и было самое главное?

На кого они только не работали все эти годы, на чьей только стороне не воевали! Бывало, что и просто за деньги — за чьи-то огромные, и за свои, которые считали достойной платой за труд и риск…