Сверхмозг снова сделал попытку быть услышанным и снова потерпел неудачу. Безмолвие в ответ. Непонимание... Нет... показалось... только показалось... Сверхмозг уловил слабый отклик. Не ответ - надежда. Словно эхо, едва различимое. У Черной речки.

Сверхмозг чувствовал, что от распада его отделяет гибель только одного зверька. Сейчас он еще мог сопротивляться уничтожению, хотя бы пассивно. Племя могло скрыться, уйти. Но смерть лишь одного монса превратит племя в глупых, неразумных животных, подобных тушканчикам или сурдам. И гораздо более беззащитных. Племя потеряет разум.

Так случится, если чужие не успеют понять... Хотя бы кто-то из них. Но все они глухи. Все, кроме, может быть, одного. Того, что почти услышал. Там, у Черной речки...

- Я не желаю возвращаться, - зло сказала Маргарита, - это наша добыча.

- Не мной установлены границы заказника, - пожал плечами Лозинский. Они ушли от нас за пределы сектора. Мы не можем преследовать их дальше.

- Считай, что нам не повезло, - подхватил Вениамин, изо всех сил стараясь казаться веселым.

Маргарита повернулась в его сторону нервным, резким движением.

- Ты наконец обрел свое привычное состояние, - неожиданно медленно и спокойно произнесла она. - Думаю, теперь оно сохранится надолго.

- Нам следует вернуться в Факторию, - глухо сказал Вениамин.

Лицо Маргариты округлилось выражением детского изумления.

- Разве я тебя держу, Венечка? Ты один заблудишься? Тогда подожди нас тут.

- Нам в самом деле придется вернуться, - сказал Лозинский. - Правила игры следует соблюдать, иначе она теряет привлекательность.

Маргарита смотрела на него несколько секунд, потом смущенно рассмеялась.

- Вы правы. Азартная я, - виновато проговорила она. - Подчиняюсь, руководитель, - она опустила ресницы, потом вновь скользнула по лицу Лозинского быстрым взглядом, легко коснулась его плеча. - Иногда так приятно подчиниться. Никогда бы не подумала.