Увидев, что Астарот вернулся с добычей, Генерал буркнул, что был в нем уверен с самого начала. В голосе его при этом прозвучало удивление: он явно не рассчитывал, что мальчишка, ничего не смыслящий в повадках хищников, сможет остаться в живых в суровых условиях пепельной пустоши…
Со временем Астарот научился распознавать, насколько та или иная тварь, обитающая в пустыне, хитра. Некоторые мутанты были почти разумны: они умели запутывать следы, прикидываться чем-то иным, вроде красного тонколистого куста или даже распластавшегося по земле пышного моха. А иные, и это было страшнее и неприятнее всего, умели разговаривать. Одни только повторяли однажды услышанные где-то слова охотников, другие общались на одном им известном диалекте – издавали, гортанные, омерзительные звуки, напоминавшие, впрочем, связную речь.
Этих тварей, подражавших человеку, Астарот ненавидел больше всего. Его учили, что убивать их нужно в первую очередь. Охотники считали, что эти прикидывающиеся людьми мутанты представляют наибольшую опасность для мирных жителей, потому что они – умнее других.
– Это подражатели убили полковника Хэммета, – сказал Генерал, обвел класс красными от бессонной ночи, проведенной с бутылкой спирта, глазами и стукнул кулаком по столу, – мы должны убивать их, не зная жалости. Вы поняли меня?! Убивать без пощады!
– Да! – откликнулся класс бывших послушников.
Смирение, внушенное им в монастыре Темных сил, забылось. В Лагере они познали смирение иного рода – распорядок охотничьей службы. У них была самая важная в мире миссия – защищать мирных граждан от отвратительных мутантов, и каждый из них надеялся выполнить свое предназначение с честью.