Несколько крытых грузовиков уже стояли невдалеке, и как только самолет остановился, сразу подъехали к отсеку, открывшемуся сзади. На бортах машин висели номера групп, которым они предназначались.Быстро загрузив своих людей, Од запрыгнул последним, и натянул предохранительную цепь. Предстояла еще дорога до ближайшего места расположения гарнизона.

День обещал быть пасмурным, облака наглухо затянули небо, и рассвет был едва заметен.Среди сумеречной дымки в низинах и на возвышенностях виднелись хозяйственные постройки и дома. Од давно не был в сельской местности. Последние полгода прошли в крупных мегаполисах, где он выполнял свою работу, и в части, за пределы которой выходить ему было незачем, да и не к кому. Он набрал к себе таких же, как он одиночек, и все свободное время они проводили в тренировках. Это было образом их жизни. Люди, исповедующие отличный от этого образ жизни, уходили из взвода почти сразу. Его команду называли маньяками, сумасшедшими, просто идиотами. Но когда наступал час действовать, на все сто процентов полагались лишь на них. Од считал то дело, которым они занимались, несовместимым с семьей и различными, нормальными для всех людей привязанностями. Развлечения, и те у его подчиненных и самого командира были отличны от всех остальных. Од мог сделать

неплохую карьеру, но не стал этим заниматься. Он отказывался от переводов с

повышением, так как знал, что потеряет при этом то дело, которым жил. А сидеть в

штабе,рыться в бумагах, заниматься интригами и политикой ему было невыносимо скучно и противно. Достигнув того максимумав звании, который был возможен при

занимаемой им должности, он остановился в служебном росте и получал лишь награды. Они сыпались на его взвод проливным дождем, да еще какие! Однажды на смотре по поводу приезда командующего Од, не послушав совета друзей, надел все, что