Борис чувствовал себя паршивее некуда. Как бывает всегда, когда изольешь душу тому, кому, как выясняется, нет до тебя никакого дела. И когда рассыпаются в ничто радужные надежды.
— Всего хорошего, — процедил Борис. — Удачной охоты…
Мать твою через колено!
Он поднялся со стула. Повернулся к двери. Стараясь не сутулиться, прошел мимо долговязой фигуры в пятнистой форме, застывшей у косяка. Мысленно матерясь, потянулся к ручке. Ладно, кому-то ведь надо защищать хуторские поля от набегов диких. Покуда хутор не загнулся окончательно. Ну а потом…
— Постой!
На этот раз голос хэда, оставшегося сидеть за столом, был строг и сух. И без всяких там «вы».
Ну и к чему бы это?
Борис остановился. Обернулся.
На столе, рядом с его досье, лежали две стопки листов, испещренных мелким текстом и прошитых по краю. На месте сшивок стояла печать. Та самая, с черепушкой-«хэдом».
Контракт?! Во рту пересохло…
— Считай, что конкурс ты прошел, Берестов, — С ним окончательно перешли на ты, — Садись. Читай договор. Подпишешь здесь и здесь.
Словно во сне, он вернулся к столу и сел на прежнее место. Начал листать бумаги. Заставил себя вчитаться.
Это был стандартный типовой договор. Только не на охрану внешнего периметра, а рейдовый. С уже проставленными печатями и подписями работодателя. Права, обязанности сторон. Все как обычно, по шаблону. Условия… Ну, может быть, и не фонтан для опытных городских хэдхантеров. Но для новичка, тем более для новичка из хутора! О такой зарплате и таких бонусах Борис даже не мечтал.
— Отличишься в рейде — переберешься в город, увидишь гладиаторские бои и обзаведешься личным тресом, — это я тебе обещаю, — ободряюще улыбнулся ему хэдхантер.
Борис прикинул.