Ленька — здоровый бугай, крупнее Бориса и выше на полголовы — держался под градом ударов достойно. Не падал. Отбивался как мог. Она ему нужна была тоже. Такая работа нужна была им обоим, позарез нужна. Но для того ведь и устраивались эти бои, чтобы выяснить, кому нужнее.
Борис наступал.
Мне!
Удар.
Нужна!
Удар.
Эта!
Удар.
Работа!
Удар. Удар. Удар.
Ленька попытался взять Бориса на болевой. Зря! Захват не прошел. Потная рука легко выскользнула из мокрых ладоней. И снова…
Мне! Нужна! Эта! Работа! Удар-удар-удар-удар…
Однако Ленька — сталь, не человек! — устоял опять. И не просто устоял. Крутанулся, словно волчок. Неожиданно шарахнул с разворота ногой по бедру. Быстро, резко, сильно. Как из пушки выстрелил.
Ни прикрыться, ни отскочить Борис не успел. Твердая, набитая на тренировках голенная кость рубанула, как арматурина. Попавшую под пинок мышцу свело от боли. Борис отступил, стараясь не хромать.
Нет, Ленька, гад, заметил. Оскалился во всю пасть. Зубы поредели, губы — как оладьи с вареньем, под носом — кровавая юшка. А в глазах — радость. Было от чего…
В схватке — перелом. Роли поменялись. Теперь уже Бориса безжалостно осыпали мощными ударами, а он едва-едва успевал защищаться. У противника словно открылось второе дыхание. Ленька навалился с новой силой. И целит, сволочь, по отбитой левой ноге.
Пробил защиту. Попал!
До чего же больно!
Еще раз!
Нога занемела. Земля тянула к себе.
Борис отступал, оберегая ноющую ногу.
Долго держаться под столь яростной атакой невозможно. Однако, на счастье Бориса, Ленька поспешил. Чуя близкую победу, он оплошал в очередной раз. В последний. Широко расставив ноги, размахнулся.
Видимо, хотел завалить заключительным ударом. Костоломным, сокрушительным, таким, чтобы без вариантов.
Только не сложилось.
Борис решился.