Наградив его основательным шлепком, тяжелым решительным шагом движется к крылечку. По глазам ее видно, что она готова ругаться и спорить. Однако мальчишке вовсе не улыбается торчать в душном помещении. Усыпив бдительность матери притворной покорностью, он дожидается кульминационной точки разыгрывающейся у крыльца перебранки и рывком освобождает ладошку из мощной длани женщины. Отскочив в сторону, присаживается на корточки и улыбается: воюющей мамаше не до него. Литым корпусом, содрогаясь, словно ледокол во льдах, она раздвигает людей, неукротимо приближаясь к дверям. Еще немного, и ее засасывает зев магазина.

Поднявшись, мальчишка подходит к широкой луже и, настороженно оглядываясь, ступает в нее. Снова с ожиданием смотрит вокруг, но никто не обращает на него внимания. Зевая, он пересекает лужу из конца в конец и с топотом начинает сбивать с сапожков липкую жижу.

- Куда прешь?! Куда?!

Подняв голову, мальчуган видит, как высокий мужчина с плоским невыразительным лицом молчком продирается все к той же заветной двери. Люди позади него разъяренно ругаются, вытягивают шеи, чтобы получше разглядеть наглеца. Но наглец на голову выше всех, и возмущенные голоса так и остаются голосами. Мальчишка звонко смеется. Прицеливаясь в мужчину из автомата, коротко стрекочет.

Вскоре невдалеке от аптечного угла внимание карапуза привлекает яркая коляска. Приблизившись к ней, он не без любопытства заглядывает под полог. Оттуда на него сонно таращатся выпученные глазенки младенца. Слюнявая соска в припухших губах ритмично и чмокающе подергивается. Подумав, мальчишка выдергивает соску изо рта ребенка и дует лежащему в лицо. Но эффекта добивается обратного. Ласково жмурясь, малыш тянет к нему пухлые ручонки и что-то лопочет. Вот дурак! Мальчишка дает ему щелбана и, чуть помешкав, осторожно бьет пятерней по мягкой щечке.