Ах, как хорош он был! Ирокезов-старший даже залюбовался сыном. Тот поднял руки, и могучие пласты мышц прокатились под упругой кожей. Его сухожилия- предмет зависти персидских лучников- вздулись, придавая мощному телу строгие геометрические формы. Пифагор, однажды сказал папаше, что торс его сына по идеальности формы даст сто очков вперед любой трапеции. И Ирокезову старшему, не смотря на присущую ему скромность, пришлось согласиться с мудрецом.

Гости бросились к выходу ... Ночная погоня была долгой. Ирокезов бегал как ветер, но догнать странников сумел только в городе - страх окрылил их ноги. Он долго преследовал их по кривым Александрийским улицам, пока не упал, зацепившись на бегу за угол административного здания ... Так была разрушена Александрийская библиотека.

Нидерланды.

В ту злополучную ночь луны над Голландией не было.

Именно это обстоятельство и послужило завязкой трагедии, изменившей ход испано-нидерландской войны:

Ирокезовы вышли из палатки Главнокомандующего, слегка покачиваясь от съеденного и выпитого и тут же попали под дождь. Часовой сделал им "на караул"", но герои не заметили этого. Задрав головы вверх они обиженно смотрели в небо, что решило испортить так - Дождь: - сказал Ирокезов младший.

- Вот это да: - откликнулся папаша и скомандовал. - В укрытие!

Прогнав часового, они сели под грибок, защищавший того от дождя и ветра и разговорились.

- А что, папенька, хороший человек наш главнокомандующий?

- И-и-и-и-и, сынок! - протянул Ирокезов старший, вкладывая в это "и-и-и-и-и" ничем не передаваемый смысл.

- И правильно! - с жаром согласился сын. - Кремень мужик!

- Угу, -согласился Ирокезов старший. - Дворянин, правда:

Он прищурил глаз, выражая самую малость сомнения.

- Ну и что, что дворянин? - спросил сын. - А что дворяне не люди?

- Люди, - согласился папаша, - только кровь у них гнилая, а так все ничего: