- Выпив содержимое фляги, вы попадете под землю, - повторил Главнокомандующий.

Через его голову Ирокезов старший пересчитал бутылки на только что покинутом столе и пожал плечами. Их было не больше обычного.

- К чертям что ли? -переспросил Ирокезов младший. - Помрем?

Главнокомандующий почесал в затылке.

- Нет. Так глубоко я думаю не провалитесь: Футов на 8-10 кажется:

- Это еще куда ни шло: - успокоился младшенький.

- А хоть и к чертям! - отозвался старший Ирокезов. - Ради хорошего человека хоть к чертовой матери:

- Герой! - хлопнул его по плечу Главнокомандующий. - Люблю героев!

- Ура-а-а-а-а, - протяжно крикнули Ирокезовы и покинули палатку.

Сидя под грибком они за разговором поочередно прихлебывая из ведра выпили мальвазию. Едва дождь немного приутих Ирокезовы пошли на передовые позиции. Бочки с порохом уже стояли за небольшим холмом. Под ногами хлюпала грязь, последние лучи солнца освещал - Ну, давай, папаша, хлебнем колдовского зелья, - потирая руки, сказал Ирокезов младший. Папаша приложился первым. Выпив свою половину тремя глотками, он прислушался к ощущениям.

От горла и вниз, к пупку, скользнула холодная молния, в одно мгновение ставшая огнем. На выдохе он сообщил сыну.

- Ром! Ямайский ром! Я в восторге.

Ирокезов-младший допив остаток только ахнул. Комбинированное действие рома и рябиновой мальвазии оказалось чрезвычайно сокрушительным. Несколько минут они еще стояли на постепенно слабеющих ногах, но вскоре очутились на земле, у бочек.

- Что сынок, действует?

Прежде чем ответить Ирокезов младший несколько долгих мгновений овладевал своими губами.

- Оказывает влияние, - неопределенно ответил он, ловя губами ускользающие звуки.

- А я уж себя и не чувствую! - радостно сообщил папаша.

- Растворяемся, батя! - бодро сказал сын и упал рядом с бочкой лицом прямо в мокрую жижу.