Мужчина вновь пошел по залу, вглядываясь в лица, и словно каждому в отдельности донося свою мысль:
– Чтобы быть, как все у нас есть небольшой выбор. Либо исцелиться, а это невозможно, потому что выгоднее нас не лечить и вечно доить пока у нас есть деньги. Либо… либо что бы остальной мир стал таким же, как мы сами!
Фомин поднес руку к воротнику и пару раз ударил пальцем по скрытому микрофону. Он все так же неотрывно смотрел за прохаживающимся мужчиной. Он все так же внимательно слушал его речь. Но в голове у него уже закрутились шестеренки вычислительной машины. Он уже просчитывал, как и что будет происходить в следующие мгновения. Семен уже видел, какую дурацкую и неудобную позицию он занял и как подставляется в случае непредвиденных событий.
– Если они не хотят нас лечить… Мы сделаем их самих такими же, как мы. Пусть они уже подумают о собственном спасении! Каждый день и каждый час… мы должны увеличивать количество, таких как мы. Мы обязаны делать это… Чтобы в один прекрасный день уже никто не мог бы нас вынудить уйти с работы. Чтобы государство ВСЕ СВОИ СИЛЫ бросило на исцеление нации. Чтобы все, кто нас гнал на своей шкуре ощутили как это быть больным без шанса выздороветь… Вот только тогда… Только тогда и будет нам дано исцеление. Когда больных будет больше чем здоровых. Когда все мысли этого маленького мирка будут направлены на спасение себя. Тогда спасение будет найдено. А не сейчас, когда всем и вся выгодно чтобы мы умирали или платили по десять, двадцать, тридцать тысяч долларов в год за несуществующее лечение!