– Привет, – сказал Алексей, когда Апраксин с важностью павлина прошествовал в отдельную раздевалку. – Классный зальчик ты себе отхватил.

– А, это ты, – с видимым неудовольствием отозвался Сергей. – Чего надо?

– Поговорить.

– Ладно, проходи!.. Ну?! – холодно спросил он, когда Сорокин устроился на широкой полированной скамье. – Выкладывай.

– Ты по-прежнему ходишь к госпоже Римме?

– Не твое дело!

– Нет, мое! – Тут Сорокин начал торопливо пересказывать Апраксину все то, что узнал от Кострова…

– Заткнись! – не дослушав, грубо перебил Сергей. Лицо его приобрело надменное выражение, а в глазах вспыхнули недобрые огоньки. – Фанатик! Инквизитор недобитый! Именно такие, как ты, кретины в Cредние века тысячами жгли на кострах невинных людей!

– Так уж и невинны

– Убью! – прошипел Апраксин, сжимая кулаки.

– Попробуй, – весело ответил Сорокин, готовясь к отражению атаки.

Его ледяное насмешливое спокойствие несколько отрезвило Апраксина, прекрасно знавшего бойцовские качества Алексея.

– Успеется! Придет время! – после некоторого раздумья выдавил из себя он. – А пока убирайся. Здесь мой спортзал!

Алексей внимательно посмотрел в глаза бывшего приятеля, не прощаясь вышел и с грохотом захлопнул за собой дверь…

«Костров прав, – с горечью думал Сорокин, лавируя в автомобильном потоке, – иссушила ведьма парню сердце! Переубеждать Серегу бессмысленно. Полностью изменился! Прямо не узнать! Инквизиция! Костры! А впрочем, колдунам на них самое место! Предки были мудрее нас!..»

– Раздобудь мне его фотографию, – спустя три часа нашептывала Римма Апраксину. Она знала о срыве черной мессы стараниями какого-то бойца-профессионала, и чутье подсказывал