Спасшись во время уничтожения орды, Найюр вернулся в угодья утемотов, терзаясь еще больше, чем обычно. Он бежал от шепотков и косых взглядов соплеменников к могилам своих предков, где нашел у отцовского кургана израненного человека, а вокруг него — множество мертвых шранков. Осторожно приблизившись, Найюр с ужасом осознал, что узнает этого человека — или почти узнает. Раненый походил на Анасуримбора Моэнгхуса — только был слишком молод...

Моэнгхуса взяли в плен тридцать лет назад, когда Найюр был еще зеленым юнцом, и отдали в рабы отцу Найюра. О Моэнгхусе говорили, будто он принадлежит к дунианам — секте, члены которой наделены небывалой мудростью. Найюр провел с пленником много времени, беседуя о вещах, запретных для скюльвендских воинов. То, что произошло потом — совращение, убийство Скиоаты и последующее бегство Моэнгхуса,— мучило Найюра до сих пор. Хотя когда-то Найюр любил этого человека, теперь он ненавидел его, яростно и неистово. Он был уверен, что, если бы ему удалось убить Моэнгхуса, к нему бы наконец вернулась внутренняя целостность.

И вот теперь случилось невероятное: к нему пришла копия Моэнгхуса, странствующая по тому же пути, что и оригинал.

Найюр понял, что чужак может ему пригодиться, и взял его и плен. Этот человек, назвавшийся Анасуримбором Келлхусом, утверждал, что он — сын Моэнгхуса. Он сказал, что дуниане по-

слали его в далекий город Шайме убить своего отца. Но как бы Найюру ни хотелось поверить в эту историю, он был настороже. Он много лет непрестанно размышлял о Моэнгхусе и понял, что дуниане наделены сверхъестественными способностями и остротой ума. Теперь Найюр знал, что их единственная цель — господство, хотя там, где другие применяли силу и страх, дуниане использовали хитрость и любовь.

Найюр понял, что Келлхус рассказал ему именно ту историю, какую сочинил бы дунианин, чтобы обеспечить себе безопасный проход через земли скюльвендов.