Антон продемонстрировал «барону» шприц.

– С помощью этой утилиты я могу подключиться к твоему базису напрямую, минуя процедуру идентификации. Но если я это сделаю, фурия ужалит. Твое сердце умрет. От недостатка кислорода приблизительно через минуту погибнет мозг. Базис прекратит функционировать еще раньше. Я не знаю, успею ли я слить нужную мне информацию до этого, и если успею, то в каком она будет виде. Но тебя это к тому моменту уже не будет волновать, Юрген. Тебя ничего уже не будет волновать.

– Что тебе нужно?

– Вот. Это правильный вопрос. Мне нужен твой персональный код доступа. Назови его, и фурия уснет.

–А что потом?

– Потом – ничего, – с трудом сдерживаясь, сказал хакер. – Ты проснешься в своей квартире. Не зная, который час, с головной болью, сильнейшей жаждой и полным мочевым пузырем. Но твое сердце будет биться.

Пленник ничего не сказал. Сквозь ставшую прозрачной лобовую кость можно было разглядеть серое вещество его мозга, но нельзя было прочитать мысли. Даже в Виртуальной Реальности люди пока не научились этого делать.

– Послушай, я понимаю, это непростое решение, ты мне не доверяешь и все такое. Но я не занимаюсь благотворительностью. – Камбала постучал указательным пальцем по стеклу песочных часов. – Когда уровень песка опустится вот досюда, а это случится секунд через тридцать, я выпотрошу тебя, невзирая на последствия.

«Иначе завтра утром мальчики Баграта невиртуально проделают это со мной».

– Это Сомов из отдела аппаратного наблюдения. Где там Мотыжный?

– Привет, Сомов. Есть новости?

– Мы его отследили. Тиссен Юрген, сотрудник «Глобалкома». Проживает в закрытом секторе Ядра, принадлежащем компании. Входил из дома, там распределительный узел где-то на полторы тысячи ячеек. Нам понадобится еще минут десять для селективного отключения.

– Не надо. Оповести их службу безопасности, пусть они его сами вытаскивают. Издержки мы покроем.