Он провалился в пучину чувств, доселе не ведомых ему. Вода объяла его, всколыхнув волосы, и Туор открыл глаза. Тысячи пузырьков устремились вверх. Ангел попробовал взмахнуть крыльями, но у него ничего не получилось. От намокших перьев крылья потяжелели и стали тянуть ангела вниз. Туор начал загребать под себя воду руками, и через мгновение его голова показалась на поверхности. Резко выдохнув, ангел тут же вдохнул полной грудью. Сделав еще один рывок, он вылетел из воды, громко смеясь. Капли воды между перьев, сияли и переливались всевозможными цветами. Туор, завороженный этим зрелищем, висел в воздухе. Люций стоял на берегу и смотрел на друга.

Ангелы лежали на траве, подставив свои тела палящему солнцу. Высыхая, их белоснежная кожа приятно грелась. Резким движением Люций сел, сложив крылья.

- Я сегодня же потребую, чтоб меня спустили сюда! И за тебя похлопочу, хочешь?

Не открывая глаз, Туор кивнул. Люций огляделся. Поляну окружала горная гряда, скрывая их от сторонних глаз. Она начинала возвышаться шагах в ста от озера. Сначала мелкими камушками, которые сменялись большими валунами, те, в свою очередь, уступили место высоким каменным клыкам и отвесным стенам, которые простирались вдаль и уходили ввысь, заканчиваясь еле видными пиками, покрытыми снежными шапками.

- Это будет мое место, - произнес Люций. - Я буду спускаться сюда и отдыхать. Смотри. - Он толкнул Туора в бок и тот открыл глаза.

Ангел сложил ладони вместе, поднес их к губам и что-то неслышно зашептал. Его ладони начали источать еле заметное сияние, словно он сжимал кусочек того светила, что ползло по небу. Люций разомкнул ладони и... На его ладони сидела красная, с черными пятнами, бабочка. Ее тонкие крылышки слегка подергивались. Высший осторожно подул на свое творение и произнес:

- Махаон!

Бабочка вспорхнула с его ладони. Она немного покружила возле ангелов и улетела прочь.