– А портал?

– На месте обучу.

Поспать им, однако, не удалось. Минут через десять фургон остановился около высоко стены. Кевин приник к зарешеченному окошку.

– Гаштилия, – пробормотал рыцарь, увидев огромную башню, возвышавшуюся над стеной.

Послышалась ругань. Ворота распахнулись, и фургон въехал в тюремный двор.

– Что, уже приехали? – расстроился Люка.

– Да. Нас зауважали, – откликнулся юноша, – перевели в тюрьму для благородных. Прямо под бочок к королю.

– В смысле как? – протяжно зевнул бесенок.

– Дворец его совсем рядышком, буквально за стеной.

– Разумно. Далеко до замордованных родственничков бегать не надо… – Люка поднялся, с хрустом потянулся. – Эй, мохнатая морда, подъем! – пнул он Зырга ногой в бок, – распределение по камерам проспишь. Благодаря нашему гениальному шефу, нас упекли в особо охраняемую зону для политических. Надо поднапрячься, чтоб хотя бы в одну камеру попасть, а ты тут храпака давишь.

Тролль приподнялся, не менее протяжно, чем бесенок перед этим зевнул, и начал тереть кулаками глаза. Загремели засовы. Дверца фургона распахнулась. В проеме двери друзья увидели дородного господина в дорогом камзоле и пару десятков стражников с взведенными арбалетами. Стража заметно нервничала. Арбалеты, нацеленные на новых узников, слегка подрагивали.

– Прошу на новое место жительство, – жизнерадостно приветствовал пленников начальник тюрьмы, – это конечно не ваши дворцы… ой…

Начальник тюрьмы уставился на потягивающегося Зырга, потом перевел взгляд на Люка.

– Не понял…

– Да ты не парься, отец родной, – Люка выпрыгнул из фургона. Охрана подалась назад. Под прицелом кучи арбалетных болтов, бесенок благодушно похлопал оторопевшего начальника тюрьмы по плечу, – благородней чем мы узников в твоей забегаловке еще не было. Так что отнесись с уважением, не то мой шеф, после того как сядет на трон тебе это припомнит.