Затем, настроив себя на внимательное дружелюбие, Крис отправился к гостю из прошлого.

Аникин, как и предполагал Семен, без волнения перенес сообщение о том, что он попал в будущее, но выразил некоторое беспокойство, что без предупреждения покинул свое рабочее место и начальству придется искать на его место человека. Крис, как мог, успокоил его, сказав, что в такой серьезной организации наверняка сыщется достойная замена для Аникина. Но умолчал о том, что, возможно, он запланирован к уничтожению.

Буря разразилась, когда вернулся из отпуска шеф; Всё было: гром и молния и почти получасовая речь о безответственности некоторых товарищей, временно облеченных ответственностью. Все это было выслушано Крисом и Семеном с пониманием и душевной болью. Но завлабораторией и сам понимал, что сделанного не воротишь и спросил, что же они собираются делать дальше.

Естественно, у Криса существовал развернутый план исследования Аникина: это и различные тесты, снятие энцефалограмм, исследование биотоков мозга, изучение биополя, компьютерное моделирование и к тому же параллельное обучение, (как выразился Крис: "продолжение гуманитарного и технического образования подшефного"), возможное перевоспитание и нравственное перерождение исследуемого.

Завлаб покрутил головой, но, поскольку других путей не просматривалась, согласился.

И с этого момента пятый бокс превратился в исследовательскую лабораторию, учебный класс и одновременно жилую комнату Аникина. После долгих препирательств Семен настоял, чтобы контакты с другими людьми были сведены до минимума и ограничена сфера передвижения Аникина. Он считал, что действия человека с такой специальностью могут быть непредсказуемы и можно предположить неадекватную реакцию Аникина на такие контакты.

Крису с этим пришлось согласиться. Он заметил только, что вряд ли Аникин с пониманием встретит сообщение о лишении его свободы.