Вот такой Столяров, с окровавленным лицом, в грязном плаще с наполовину оторванным, повисшим на лоскуте рукавом, снова был похож на человека, с которым Олег бок о бок прошел от Затона до Припяти.

Гарин отцепил от оградки зонт и протянул его Михаилу.

— Возьми.

— Засунь его себе, — огрызнулся тот и с чувством повторил: — Мэри Поппинс!

— У тебя кровь на подбородке.

— И черт с ней. Хотя… У тебя дома есть аптечка?

— Не знаю, — растерялся Олег. — Какие-то лекарства есть.

— Тогда поехали. Шоссе в той стороне? Нам надо серьезно поговорить. И, кстати, дай сюда бутылку. — Отобрав у Гарина чекушку, Столяров запрокинул голову и вылил в горло остатки водки, все до последней капли. — Ты мне нужен трезвым, — обтерев губы, пояснил он.

— Тогда, — Олег развел руками, — тебе придется подождать недельку-другую.

— Недельки у нас тоже нет, — отрезал Михаил.

Их долго не хотели подбирать. Даже те машины, которые целенаправленно перестраивались в крайний правый ряд, поравнявшись с голосующими, снова набирали скорость. Наконец рядом с ними остановилась сиреневая «шаха», и тонированное стекло медленно поползло вниз.

Столяров просунул голову в образовавшуюся щель.

— Уважаемый, до Сколкова за двести довезешь?

— Да ну. Вы мне весь салон перепачкаете.

— Триста.

— А вы откуда такие нарядные? — настороженно спросил хозяин «шахи». — Со свадьбы, что ль?

— Да нет, с поминок.

Михаил опустился на сиденье рядом с водителем и, с громким треском оторвав рукав плаща, выбросил его в окно.

Глава вторая