— А где?.. — Олег провел рукой по обоям в том месте, где раньше висела в рамке их с Маринкой фотография, сделанная прошлым летом на берегу московского пруда.

— Фотографии в спальне, в верхнем ящике стола, — объяснил Столяров. — Все остальное барахло я отнес в кладовку. Разберешь потом, если будет желание. А пока вот держи, только аккуратно.

Он сунул в руки Гарину завернутую в кухонное полотенце литровую алюминиевую кружку, почти доверху наполненную густой черной жидкостью.

— Три глотка, — строго сказал Михаил.

Олег осторожно, двумя руками поднес к лицу горячую даже сквозь полотенце кружку и, не касаясь металла губами, сделал глоток. В следующее мгновение он скривился и, стукнув кружкой по столу, шагнул к мойке.

— А ну стой! — схватил его за плечо Столяров. — Не выплевывать! Глотать! Вот молодец!

— Это… что за хрень? —- отдуваясь, спросил Гарин.

— Три глотка! — напомнил Михаил, подавая кружку.

Глядя на него с ненавистью, Олег влил в себя обжигающую горькую жидкость. И еще раз.

— Все? Доволен? — зло спросил он. — Это чифир какой-нибудь по рецепту Камня?

— Зачем чифир? Просто чай, — спокойно ответил Столяров. — Специальный, выводящий из запоя. На то, чтобы прокапывать тебе реланиум с панангином, извини, нет времени.

— Да что ты заладил: нет времени, нет времени! Нет времени на что? Вернее… до чего?

— Садись… — Михаил похлопал Гарина по плечу. — Голова прояснилась? Тогда поговорим. Кстати, ты не в курсе, где сейчас Пельмень?

— Без понятия. Когда все случилось, я пытался с ним связаться. Написал, какого числа похороны и куда подъезжать, и послал сообщение на все адреса, какие знал. Он так и не появился. Даже на письма не ответил.

— Может, твои сообщения до него не дошли?

— Все может быть. Вообще-то он хвастался, что может жить и работать где угодно, хоть на дрейфующей льдине, хоть на островке в Тихом океане, лишь бы там были банкомат и интернет.