При этом занесенный автомат ударился дулом в висевший возле двери медный таз. Шум переполошил товарищей убитого. Дом наполнился возбужденными возгласами и отборной бранью. Не мешкая, я рывком распахнул окно, выпрыгнул во двор и… лицом к лицу столкнулся еще с одним бородачом, как две капли воды похожим на первого. «Брат, наверное», – подумал я, низким присядом уходя от полосующего удара ножом по глазам и ударяя нового противника кулаком в пах. С утробным ревом он выронил нож и, согнувшись пополам, ухватился обеими руками за ушибленное место. Добавив ему ребром ладони в основание черепа, я выскочил на улицу и бросился бежать.

Вдогонку загремели выстрелы. В опасной близости от головы просвистело несколько пуль. На узкой прямой улочке я представлял собой удобную мишень, даже для плохих стрелков, а потому, не искушая судьбы, я перемахнул через ближайший забор (рассчитывая уйти огородами), но… неожиданно споткнулся о пустующую собачью будку и растянулся на траве, крепко треснувшись лбом о торчащий из земли валун. Сознание затуманилось. Тело стало ватным, непослушным. Пистолет вывалился из ослабевшей руки. Последнее, что я слышал, радостный хоровой вопль моих преследователей. Потом меня ударили по затылку чем-то тяжелым, и я потерял сознание…

* * *

Из мрака, тошноты и головной боли выплыли два грубых мужских голоса. Один слева, другой справа.

– Проклятый мусор застрелил моего брата! На куски козла порежу!!!

– Обязательно, Дофуня, но не сию секунду. Сперва надо допросить. Узнать, зачем он приперся в тот дом. Помнишь просьбу Виктора?

– Помню, – нехотя отозвался Дофуня и, чуть помедлив, спросил: – Отвезем гада в усадьбу?

– Нет, – ответил его собеседник. – В усадьбе женщины, дети. Плюс любители дури косяками ходят. А наше дело требует уединения. Двигай в лес, Роман! Подыщи подходящую поляну подальше от человеческого жилья!

– Понятно, – проворчал кто-то спереди.

Тем временем мой мозг окончательно прояснился. Судя по окружающим звукам и тряске, я находился на заднем сиденье автомобиля, медленно выбирающегося из Хомутовки. Вместе со мной в машине сидели трое недругов: двое рядом, по бокам. Третий – за рулем. Я слегка шевельнул кистями. Руки свободно лежали на коленях. То ли они забыли взять с собой «браслеты», то ли не сочли нужным их применить.