Нэйк скривился в ухмылке. «Если бы вы, голубочки, - так и хотелось крикнуть ему, - не стали тогда задерживать нас из-за ваших амурных делишек, то мы бы взяли этого раба ещё на выходе из ущелья». Но он промолчал.

Сейчас покидать танк, даже в скафандрах и с оружием – всё равно самоубийство. Снаружи свистела буря, и изредка что-то скреблось то на крыше, то на борту. Придётся ждать утра. А там – исследовать уступ, выяснить, куда мог деться беглец. И снова преследовать. Хозяин Эйм не очень-то будет рад, что бригада Чумы так долго гонялась всего-то за одним-единственным рабом. Они обязаны были схватить его максимум на вторые сутки, прошедшие с момента побега из полиса. А уже третьи на исходе. Но дело тормозил также приказ доставить живым и невредимым. Не много ли чести какому-то иммунному придатку? Пусть и с таким редким оттенком глаз.

- Ну ладно, - сказал Нэйк, поворачиваясь в кресле и поднимаясь. - Значит, сейчас отбой, я дежурю первую вахту. С рассветом выходим из танка.

Гэлу чуть усмехнулся, вероятно, повеселившись над приказом «какого-то там» светлоглазого. Но смолчал и даже послушно покинул кабину. Как только не козырнул и не выкрикнул «Есть!»

Нолл вышел следом за ним. Оставшись один, Нэйк достал сигарету и угрюмо закурил. Наверняка они предпочтут не отсыпаться перед долгим и опасным путешествием, а лишний раз потрахаться. Нэйк мотнул головой, заставляя себя избавиться от подобных мыслей.

глава четвертая

Буря почти настигла Гэйба и его проводника, но внезапно мутант рванул беглого раба за руку, и они покатились по полу небольшой пещерки. Мутант сразу же вскочил на ноги и попробовал оттащить Гэйба подальше от входа, так как снаружи уже клубились бурые и серые облака пыли со смертоносной биологической начинкой. Но тот отмахнулся, встал сам и поспешно прижался к противоположной стене.