По странной случайности магазина на острове не было, а Саянов, привыкший к тому, что хорошая техника ломается крайне редко, резервной связью не обзавелся.

Тем более что все тот же пакостник Винченца еще в первый приезд продемонстрировал Олегу отменно работающую радиостанцию (сейчас она, понятное дело, тоже была «мертва») и даже наскоро объяснил, как ею пользоваться, хотя Саянов и говорил, что ему это не нужно, потому что у него есть компьютер, в котором…

В общем, Винченца сделал правильные выводы. И у него была масса времени, чтобы вскрыть саяновский ноут и немножко поработать скальпелем.

Итак, Олег Саянов продолжал оставаться заключенным. Правда, уже не в пещере, а на острове.

Ну, и что дальше?

«Разве ты не для того приобрел этот кусочек тропиков, чтобы пожить вдали от беспокойного мира и подумать о вечном? – спросил себя Олег Саянов. – Купаться в океане, есть тропические фрукты и не думать о суетных мелочах… Может, даже снова начать сочинять стихи. Как в юности…»

В принципе, всё так. И даже более того, потому что персональный гарем не входил в список мечтаний.

Однако есть разница между заточением добровольным и… добровольно-принудительным.

В конце концов Олег убедил себя: нет оснований впадать в панику. Жизнь прекрасна и полна наслаждений. А изменения, происходящие с организмом Олега, могут стать основой поистине уникальной научной работы. Не говоря уже о самих Древних. Правда, Саянов – не физиолог, не биолог, не мифолог… и еще много разных «логий» ему недоступны. Однако ученый есть ученый, а, по некотором данным, слово «химия» произрастает из древнего названия Египта. Так что косвенным образом химик Саянов причастен к самой древней из известных человеческих цивилизаций. Словом, надо браться за работу.