Так они и жили, вдвоем. Конечно, у Обители были существенные недостатки, и с этим приходилось считаться. К примеру — Колодец Мертвых Душ. Колодец располагался совсем рядом, в двух шагах, и представлял собою бездонную дыру посреди пустыря. К этому колодцу очень часто приезжали непрошеные гости из Того Мира. И это были, по классификации Панкратова, нелюди. Нелюди приезжали на больших черных машинах из Города, они сбрасывали в Колодец других нелюдей, и просто Очень Плохих Людей, иногда мертвых, иногда живых, молящих о пощаде, иногда даже по частям, окровавленными кусками. Добрый Панкратов знал, что у нелюдей есть свои собственные отвратительные Боги и целые Культы, посвященные этим Богам, однако витая в высших сферах, волшебник никогда не заглядывал за черный край, где таились эти ужасные Боги, и тем более, никогда с ними не беседовал. Нелюди исполняли у колодца странный ритуал, со стрельбой, взрывами и криками умирающих, а потом разъезжались. А когда их огромные монстроподобные машины растворялись в дымке, к Колодцу приходили гроллы, и вот тогда отшельникам становилось по настоящему страшно. Нелюди были всего лишь пришельцами из Того Мира, дикими, жестокими, но не более, а вот гроллы существовали в их реальности, и это было опасно. Черными колеблющимися тенями они скользили у Колодца, сверкали в ночи отвратительными липкими шкурами и клацали челюстями. В такие минуты Панкратов творил защитные чары, а Женька, громко стуча зубами от ужаса, трясся в глубине цистерны.

Еще одной напастью была Машина Аята. Со стороны Города, к развалинам, облюбованным Панкратовым, примыкал старинный ржавый забор, в три человеческих роста в высоту. Сразу за забором, чугунно грохотала огромная машина, но из Обители было видно лишь ее верхушку, украшенную колченогими тубами, из которых с особой периодичностью с хриплым свистом вылетали вонючие желтые пары. Волшебник Панкратов знал, что в этой машине заключен дух Аят, не злобный, нет, скорее совершенно безразличный ко всему.