— Неужели все то, что ты показываешь мне по телепатону, существует, Нао? — допытывался он. — Планета Гаяна, люди, животные, птицы?

— Существует, Ло, и независимо от твоего сознания. — Но почему люди есть маленькие, как я, и… большие?

— Вырастешь и тоже станешь взрослым.

— Тогда отчего ты не растешь? Я все время вижу твое шарообразное тело, сигнальные огни и щит программирования одинаковыми?

— Я машина.

— И умнее меня!

— У меня нет ума, я храню знания, выработанные умом человека.

— Так дай их мне все сразу, чтоб я все знал!

— Ты итак проходишь программу, обычную для подростка тринадцати-четырнадцати лет, а тебе сейчас девять.

Еще более замысловатым для мальчика вопросом было: откуда берутся люди?

«Нао» не спешила — в школьной программе пока еще не было такой темы. Она отвечала: «От родителей…»

— И у меня они есть?

— Были, — пояснила «Нао». — Здесь. А сейчас их нет. Я расскажу, когда настанет срок, указанный твоей матерью.

5

В тот памятный день Ло был в особенно приподнятом настроении. Он решительно обратился к своей наставнице:

— Сегодня мне исполнилось десять лет, Нао, я жду рассказа о моих родителях.

— Рано, — возразила «Нао», — осталось еще семь часов тридцать восемь минут.

Ло по опыту знал: «Нао» неумолима.

Наконец телепатон включен, и перед Ло развернулись картины экспедиции на звездолете «Ар».

Отлет с Гаяны и полет к цели занимали его не очень, многое было знакомо. «Нао» показывала ему по телепатону чуть ли не всю историю гаянской космонавтики.

Но он никогда не видел свой звездолет со стороны, и «Нао», угадав его желание, показала ему кадры, на которых был «Ар» в разных ракурсах — на старте и в космосе.