Джим Гейвен снял очки и начал их протирать. В спину им дул свежий ветер. Они находились уже в четырех, а то и в пяти милях к северу от Виктория Фоллс.

— Дорогой мой Малко! — начал американец. — В мире три страны производят хром: Родезия, Южная Африка и Советский Союз... Ежегодно мы покупаем в Родезии по цене 170 долларов 77 000 тонн руды с высоким содержанием хрома, что составляет 28% всего нашего импорта. Без хрома невозможно воевать, невозможно делать самолетные реакторы. Поэтому Государственный департамент и Пентагон придают первостепенное значение тому, чтобы будущее правительство Родезии осталось в поле притяжения Запада. Руководители АНК твердо обещали, что нам позволят продолжать разработку месторождений хромовой руды.

— Но ведь, если не ошибаюсь, на торговлю с Родезией наложено эмбарго, — возразил Малко. — Никто, таким образом, не имеет права ни покупать товары в Родезии, ни продавать их ей.

— На хром эмбарго не распространяется, — бесстрастно уточнил Гейвен.

— А если дело примет скверный оборот?

Американец водрузил очки на нос.

— Разработан запасной план. Увеличить выработку до предела и выбрать из рудников все подчистую за три года. Специалисты говорят, что это возможно.

Знать, те самые умники, которые предрекали в свое время, что Южный Вьетнам окажется способен справиться с коммунистами...

— В девяти случаях из десяти специалисты ошибаются, — заметил Малко. — Поистине незаменимые люди...

— Что правда, то правда, — хмуро согласился Гейвен. — Именно поэтому нужно стараться изо всех сил, чтобы события развивались в желательном направлении, чтобы белая община Родезии образумилась.

— Иначе говоря, в ближайшее время следует ожидать, что Ян Смит заболеет тяжелой формой гриппа, — цинично заметил Малко.

Джим Гейвен даже отшатнулся.

— Да вы с ума сошли! Об этом подумывали в Южной Африке. Они даже сами заводили об этом речь в те времена, когда у нас были с ними хорошие отношения. Но мне даже страшно подумать, что начнут вытворять родезийские белые, если Яна Смита уберут!..