— Нет, пешком.

— Из Лос-Анджелеса?

— С полдороги.

— И без машины, а?

— Мою машину угнали.

— Не повезло. Сам я живу в Лос-Анджелесе, знаете ли. У меня большой «бьюик», с багажником и откидным сидением, отличная машина, скажу я вам. Жена держит его в гараже на колодках. Говорят, это сохраняет покрышки.

— Прекрасная мысль.

— Точно, — сказал он. — Хочется держать машину в хорошем состоянии.

Ко входу в административное здание вели широкие бетонные ступени. Надев куртку на мокрую рубашку, я вошел в стеклянные двери. Сидевшая за столиком информации холеная брюнетка встретила меня ослепительной профессиональной улыбкой. — Чем я могу вам помочь, сэр?

— Мне хотелось бы повидать заведующего.

Ее улыбка застыла. — Сегодня у него весь день расписан по минутам. Могу я спросить, как ваше имя?

— Арчер.

— По какому вопросу вы хотите с ним встретиться, м-р Арчер?

— Дело конфиденциальное.

— Насчет кого-нибудь из наших пациентов?

— В общем, да.

— Вы — его родственник?

— Нет.

— Кто тот пациент, которым вы интересуетесь, и в чем именно заключается ваш интерес?

— Я бы приберег это для заведующего.

— Возможно, вам придется прождать все утро. У него одно за другим несколько совещаний. Не могу обещать, что даже после их окончания он сможет выкроить для вас время.

Подано деликатно, однако меня отфутболивали. Поскольку никак нельзя было сокрушить ее твердую позицию сторожевого пса, я двинулся напролом:

— Вчера вечером сбежал один из ваших пациентов. Он буйный.

Она сохраняла безмятежный вид.

— Вы хотите обратиться с жалобой?

— Не совсем. Мне нужен совет.

— Может, я смогу помочь вам, если вы назовете имя пациента. Иначе трудно сказать, кто из врачей наблюдает за ним.