-Я передам ваши пожелания, полковник, - сказал он, посмотрев на часы, - но мне кажется, в наших общих интересах договориться побыстрее, пока этого не сделали другие.

- Что вы имеете в виду? - быстро спросил Волков.

- Ничего. Просто мы имеем сведения, что не все в вашей стране согласны с переменами, происходящими в нашей. И мы готовы к любому развитию событий, даже самому худшему.

- Не нужно меня пугать.

- Боюсь, вы не поняли, - вздохнул немец, - это я не вас, это я себя пугаю. В Литве ваше руководство применило спецчасти КГБ и войска. Они сделали то, о чем их просил в свое время Хонеккер в Восточной Германии. Тогда они не захотели выводить из ангаров советские танки. Теперь, видимо, кто-то в Москве решил, что пришло время. И заметьте, это уже не в первый раз. Нам кажется, что в вашем руководстве скоро будут перемены. Отставка Шеварднадзе и события в Литве - очень нехороший симптом. Может оказаться, что нам просто не о чем будет договариваться.

- Это нас не касается. - Лицо полковника дернулось. - Меня не уполномочили вести подобные беседы. Так что мне передать? Вы согласны с нашими условиями?

- Да, - вздохнул немец, - придется согласиться. Я передам ваши пожелания. Учтите, что мы в одинаковой степени заинтересованы сохранить все в строжайшей тайне.

- Поэтому наши переговоры попали в печать? - зло спросил полковник. Поэтому о них знает уже пол-Европы?

- Что вы говорите? - явно испугался немец. - В какую печать? Мы ничего не сообщали.

- Ваш "Шпигель" опубликовал статью о том, что советские генералы торгуют оружием и разбазаривают имущество Западной группы войск. Вы не читали статью в ноябрьском номере журнала?

- Это был просто пробный камень, - успокоился немец, - кажется, у вас так говорят. Они решили запустить такую утку на основании многочисленных фактов кражи имущества армии вашими солдатами и офицерами.