Эш опоздал помочь вишням, абрикосам, сливам, ранним персикам, хотя эти деревья обновленно зацвели, обещая обилие на будущий год. Но яблоки, груши и зимние персики были еще поразительнее пшеницы. Их было не так много, невозможно уже было прибавить цветов и опылить их, превратив в плоды, - но они были огромны. Яблоки величиной с дыни, груши - вдвое больше обычных, персики крупнее нормы. (Мэксилл представил образцы на сельскохозяйственную выставку местной ярмарки и сгреб все первые призы). Все подозревали, что эти огромные плоды должны быть водянистыми, безвкусными, скоропортящимися. Но из них так и струился сок, если надкусить, внутренность была плотной и упругой, всю зиму они сохраняли свежесть и вкус.
Нэн Мэксилл сознавала, что перед ней проблема. Эш был поистине подарком для жителей земного шара. Все могли бы поучиться у него и извлечь выгоду из этих знаний. Ученые могли бы разобраться в том, чего они сами не в состоянии постигнуть. Надо только сделать соответствующие выводы из обрывочных намеков Эша. Он мог бы так подхлестнуть технический прогресс, что XV и XIX века казались бы застоем. Музыковеды и филологи сделали бы удивительные открытия. Больше всего выиграли бы фермеры. Он бы мог превратить мертвые пески в обширные целинные территории и обильные источники продуктов питания. Можно было бы предотвратить многие войны если не все. Было бы просто нечестно по отношению к человечеству скрывать Эша на ферме в графстве Эвартс. Что могла бы она этому противопоставить? Процветание Мэксиллов? Свою растущую привязанность к Эшу? Боязнь, что отец продаст ферму (теперь-то это будет легко!), а потом живо потратит денежки и нужда станет еще сильнее обычного? Она была бы совсем дурочкой, если бы ни о чем этом не подумала. Но все эти соображения вытесняла одна-единственная картина: Эша мучают, Эша допрашивают вежливые и недоверчивые люди.