Вода уже почти кипела, когда блестящая поверхность чайника медленно начала запотевать - так, будто температура воздуха резко упала. Но ночь была холодной, поэтому я не очень удивился. Я пошел на другой конец кухни, принести старую жестянку с чаем. Когда я возвращался, пару секунд мне казалось, что на запотевшей поверхности чайника я вижу какие-то буквы, как будто написанные пальцем. Но тут вода закипела, чайник выключился, и пар исчез. Я внимательно осмотрел чайник, разыскивая какие-нибудь следы. Я наполнил чашку и еще раз включил чайник, чтобы проверить, не появятся ли буквы снова. Проявилась какая-то каракатица, напоминающая букву "С", еще какой-то знак, похожий на "П", и ничего больше. Без сомнения, я медленно сдвигался по фазе. Я унес чай в гостиную и сел у еще теплого камина, отпил глоток и попробовал рассуждать логически.

Это не могли быть буквы. Чайник наверняка был грязным, и на жирных местах пар конденсироваться не мог. Я не из тех, кто верит в вертящиеся столики, самопишущие блюдца и контакты с иным миром. Я не верил в духов и прочий оккультный вздор: психокинез, передвигание пепельниц силой воли и так далее. Я не имел ничего против людей, которые верят в такое, но сам не верил. Вообще. Мне никогда не было присуще бездумное отрицание сразу всех сверхъестественных явлений; может, другие и сталкивались иногда с чем-то таким, но я нет. И от всей души молился, чтобы со мной такого не случилось.

Прежде всего я не хотел допускать мысли, что мой дом может быть одержим, особенно духом кого-то, кого я знал. Особенно, храни меня Бог, духом Джейн.

Я сидел в гостиной, не смыкая глаз, потрясенный, глубоко несчастный, пока часы в коридоре не пробили пять. Наконец суровый североатлантический рассвет заглянул в окна и выкрасил все в серый цвет. Ветер стих, дул только холодный бриз. Я вышел через задние двери и прошествовал босиком по траве, покрытой росой, одетый только в халат и старую куртку на меху. Я остановился у садовых качелей.