Я бежал мимо домов моих соседей. Скромный домик с двускатной крышей, принадлежащий миссис Хараден. Живописная беспорядочная усадьба Бедфордов со множеством балконов и обнесенных оградой клумб. Суровая готическая вилла под номером семь, где жил Джордж Мартин. В домах было светло и тепло, мигали экраны телевизоров, люди ужинали; и каждое окно в эту холодную дождливую ночь было как воспоминание о счастливом прошлом.
Я чувствовал себя одиноким и очень перепуганным, а когда приблизился к шоссе, то меня охватило предчувствие, что кто-то за мной идет. Мне пришлось собрать всю свою храбрость, чтобы оглянуться. Но... слышны ли чьи-то шаги? Не затаил ли кто-то дыхание? Не покатился ли камень, задетый чьей-то нетерпеливой ногой?
Я долго брел под дождем и ветром по главной дороге, ведущей к торговому центру Грейнитхед. Мимо меня проехало несколько автомобилей, но ни один из них не задержался, чтобы подвезти меня, и я тоже не пытался их задерживать. Не считая этого, дорога была пуста, только перед домом Уолша трое молодых людей в непромокаемых куртках снимали с изгороди вывороченное из земли поваленное дерево. Один из них заметил:
- Как хорошо, что мы не выплыли сегодня вечером.
А я как раз припомнил песенку, любопытную песенку из "Старого Салема":
Но нашим уловом был лишь скелет,
Что сердце сжимает в зубах.
Еще через минуту я увидел огни фонарей на автостоянке у лавки и красную светящуюся надпись: "Открыто с 8 утра до 11 вечера". Витрина вся запотела, но внутри можно было различить яркие цвета современной действительности и нескольких покупателей. Я открыл дверь, вошел и вытер ноги о половичок.