«Ну вот, – подумал я, – что-то вырисовывается, но что, абсолютно непонятно». Вся эта темная ситуация действовала мне на нервы, как фольга от плавленого сыра на зубы с разрушенной эмалью. Я с каким-то злорадством начал ходить по супермаркету, выбирая самые соблазнительные и дорогие деликатесы, абсолютно забыв о первоначальной пицце. Набрав продуктов, наверное, минимум на неделю для компании из 5–6 человек, не забыл я и о горячительных напитках. Кроме трех упаковок «Хенекена», захватил литровую бутылку водки «Тамбовский волк», скаламбурив продавщице: «Он нам всем – товарищ», дагестанского выдержанного коньяка КВ и трехлитровую бутыль калифорнийского вина «Пауло Росси». Рассчитываясь в кассе, прихватил блок «Парламента», после чего, убрав в карман чек, с удовольствием подумал, что две картонные коробки провизии – это все же перебор. Но отдых за городом и больничный лист на время возможного затяжного похмелья заметно повысили мое настроение.

Спустя четверть часа я заехал в специализированный сервис по ремонту американских машин, где, как выяснилось, меня уже ждали. А шикарная чистенькая серо-сиреневая «акура», как большая заманчивая конфета, отливала цветом вечернего неба. Перебросив коробки с провизией в багажник, я тронулся в путь.

Магистрали были свободны, и мощный двигатель-автомат типтроник сразу и ненавязчиво продемонстрировал гигантскую разницу между ХХ и ХХI веком автомобилестроения. Уже через несколько минут я мягко летел со скоростью девяносто миль в час в направлении подмосковного Конакова.

В пути дважды звонил Роман, уточняя и корректируя мое продвижение. «Прямо как заправский диспетчер», – ехидно подумал я. Его волнение за свою шикарную тачку приятно бередило мои нервы. Каждый раз после звонка я сбрасывал скорость, но потом опять поддавал жару, выпуская через две выхлопные трубы собственное раздражение. Все-таки хороший современный, хоть и чужой автомобиль дает во время езды пусть преходящее, но ощущение независимости (особенно когда его хозяина нет рядом).