Деньги были собраны для отступного за Ангелину, но сумма раз от раза все увеличивалась. Было ясно – все они в заложниках, и никто их из цепких лап выпускать не собирается. Да и вряд ли он сам остался бы в живых, если бы в тот злополучный вечер не надел защитный жилет американского полицейского. Первые две пули были задержаны бронежилетом на уровне груди, но, когда он бросился в темную подворотню проходного двора, каких много в старых московских переулках, еще две пули, в бок и бедро, догнали его. Одна вошла между лепестков бронежилета, пробила ребра и осталась в легком. Ее достали. А вторая, видимо, срикошетив от стены, чиркнула по бедру, вспоров кожу.
Алексу все было абсолютно ясно: схем тут не было никаких, была примитивная задача убрать преграду в виде его и Романа, а с Ангелины, как с прямой наследницы, получить все. Без надежной защиты человек становится беспомощным. Если бы тогда он не стал стрелять в ответ в темноту двора, вряд ли бы остался жив.
После утреннего осмотра Алекс позвонил брату, сообщил о возможно скором выходе из госпиталя. Роман собирался на важную встречу, машина должна была заехать за ним с минуты на минуту. Сказал, что произошли решительные перемены и бизнес, хозяином которого он был, теперь практически в других руках. Главный собирается за границу, в Израиль, якобы навестить родню, но скорее всего не вернется вовсе. Все нерешенные проблемы свалились на Романа, и эта встреча должна решить все. Советовал как можно скорее отправить Ангелину в Штаты, подальше от беды. Обронил, что все бумаги уже в Завидово со вчерашнего дня. На этом и закончили разговор, договорившись увидеться через день…