Поэтому он путешествовал один.

Но, может быть, это и к лучшему. Женщины бывают слишком разговорчивыми; или жалуются, если их что-то не устраивает.

Местность постепенно начала выравниваться. Дорога долго шла по густому лесу, но путешественник заметил, как водопад превратился в спокойную реку, и почувствовал, что дышать стало легче.

Внезапно в просвете перед ним замелькала ранее скрытая панорама обжитой земли. Он продрался сквозь мохнатый ельник — и в следующий момент уже вышел на открытый простор.

Было довольно поздно, уже, должно быть, наступил вечер, но как обычно бывает ранним летом, земля освещалась закатом далеко к северу.

Этнограф-любитель и археолог, или как его еще можно было назвать, остановился, как зачарованный.

Да, там было озеро. Но не большое, он бы назвал его горным озером, пусть даже горы находились вдали. Устье реки действительно виднелось у другого, высокого, берега. Вернее, угадывалось, потому что над водой поднималась бледная завеса тумана, скрывавшая противоположный берег.

Юноша улыбнулся слегка, гордый оттого, что его догадка подтвердилась.

Теперь он понял, почему место называлось Ферьеусет. Там, где он стоял, было лишь каменистое бездорожье. Но другой берег был чрезвычайно красив в лучах заходящего солнца, он наверняка когда-то манил к себе первых поселенцев. И туда добирались единственным способом: вдоль заросшего берега вверх до устья реки — там течение было не таким стремительным, — а дальше переправлялись на лодке.

«Немыслимо поселиться тут», — подумал он, в то же время понимая здешних жителей. Домики, которые он мог разглядеть на другом берегу, располагались необычайно живописно на зеленых лужайках, спускавшихся прямо к озеру. Остатки маленькой церкви возвышались над полосой тумана, собственно, церковь была почти невредима; он увидел мельком черно-серые развалины домов, заметил большой полутораэтажный дом — посмотрите, должно быть деревня покинута не так давно! Дом как будто моргал ослепшими окнами, а крыша прогнулась, как спина у дряхлой клячи.