Уговаривать иностранца не пришлось, пленник запинаясь и падая, резво припустил по обочине в указанном направлении, поминутно оглядываясь, видимо ожидая выстрела в спину. Смотря вслед удаляющемуся специалисту, я впервые за сегодняшний день испытал чувство, что всё стало хоть немного налаживаться. Первый шажок к непомерной для теперь уже троих оторванных от дома и соотечественников "лишних" людей, сделан. Пусть пока маленький и микроскопический в масштабах развернувшейся трагедии, но из таких вот эпизодов и складывается победа. Как только его долговязая фигура скрылась за пригорком, я ускоренным шагом двинул к БМП, чтобы помочь Варенухе с устройством сюрприза. Пленника я отпустил не зря: если мы собираемся действительно регулярно доставлять амерам неприятности, то следует также давить на психику. Этому я научился в Чечне, где нечто подобное делали местные духи. Такой приём оказывал сильный деморализующий эффект, особенно на новичков. Молодые с ужасом слушали переходящие из уст в уста рассказы об издевательствах боевиков над пленными. Лекарство как всегда было в подобном: как только убиваешь своего первого духа, страх прячется в самый угол подсознания и лишь делает тебя сильнее. Но я надеялся, что с амерами всё будет иначе. После войны я стал интересоваться, как подобные вещи переносят солдаты в других странах. Вьетнамский опыт меня особо не вдохновлял, народ в семидесятые годы был крепче, чем в девяностые. Ещё жива была память о прошедшей войне с фашистами, боевой дух американцев даже на первый взгляд казался очень высоким. Другое дело последующие войны с арабами и афганскими духами. Часто приходилось читать и слышать, как люди сходят с ума от боевой усталости, просто на ровном месте. Без выхода на боевые, сидя на каких-нибудь хозработах или чиня технику в автобате. А условия в лагерях американских вояк гораздо лучше, чем были у нас в том же Афганистане. Вникая в проблему глубже и читая сообщения в новом интернет изобретении — живом журнале какого-нибудь ветерана из американской Алабамы или английского Саутгемптона, я начинал понимать разницу.