Фаина прилежно кивнула. Герром Дитером звали иноземного директора Клуба. Считалось, что Фаина робеет перед пятидесятилетним немцем, бывшим офицером Bundeswehr, обладателем классического пивного брюха и тонкого певучего голоса, и именно вследствие смущения говорит сбивчиво и краснеет.
Но Фаина, конечно, не робела.
Да таких Дитеров она, Prinzessinn, десятками вносила в игнор-лист, таким никогда не отвечала на их «любовные приветы», таким не слала смайликов, а с ними надежд на любовь и счастье. А краснела потому что боялась: герр директор об этом догадается.
2
Звякнул колокольчик на двери отдела программ – курьер принес материалы по книге «Кремлевская диета» из соседнего корпуса здания, его Клуб также арендовал у Института пищевых кислот. Книгу предстояло срочно вставить в каталог – ожидались мегапродажи.
«Кто бы мог подумать, что слово „Кремль“ по-прежнему продает любую херобень не хуже коктейльных зонтиков… Товарищ Ленин мог бы гордиться. – Фаина задумчиво покрутила пакет в руках. Вскрыла его. Наморщила лоб. – „Кремлевская диета… Что-то знакомое…“
Она попыталась вспомнить, в чем суть такого питания, но в голову не шло ничего кроме красной икры, фаршированной черной икрой.
Она бросила документы на стол перед монитором, перелистнула книгу, с брезгливой тоской рассмотрела обложку – плоскогрудая дива вонзает фарфоровые резцы в ярко-зеленое яблоко… – и вновь нырнула в сеть.
Многие мужчины «Доски», если верить тому, что они о себе сообщали, страстно мечтали создать семью. Причем даже преклонные годы не отвращали их от этого желания. Поначалу это страшило романтическую Фаину, склонную связывать брак с любовью, а любовь – с молодостью или хотя бы зрелостью.
Сама она создавать семью с кем-либо из обитателей «Доски» не собиралась. Как минимум потому, что у нее уже был муж с уютным именем Алексей.