Все это следовало проверить. И прежде всего опросить главного подозреваемого - Монахова. Акулов договорился о встрече.

Монахов принял его в своем офисе на Адмиралтейской набережной. Он весь источал сожаление по поводу глупой гибели своего бывшего помощника. Сетовал на разгул преступности.

Акулов не стал таиться, что у него есть серьезные подозрения в отношении Монахова и продемонстрировал часть рассказа Зернова, записанного на видеокассету. Во время этой демонстрации Монахов посмеивался и выказывал неподдельное удивление.

Сказанное Зерновым его ничуть не смутило. Монахов пояснил, что знал о существовании этой кассеты. Сам Зернов рассказывал, как на него наехали какие-то вымогатели, похитили, накололи наркотиками, заставили что-то говорить в видеокамеру. Содержания сказанного он сам не помнил.

"А потом вымогатели подбросили вам кассету, чтобы пустить розыск по ложному следу", - рассуждал Монахов.

Пояснение Монахова выглядело убедительно. И все же Акулов не поверил ни единому слову народного избранника. Человек, рассказавший о своей проблеме был более убедительным. Ни о каких наркотиках не могло быть речи. Это были выстраданные слова.

Тем не менее, следовало проверить и все другие версии. Помощник депутата имел обширнейшие связи и мог нажить себе других врагов, кроме Монахова.

Сотрудники Акулова изучили всю подноготную Зернова как коммерсанта и как помощника депутата. Личностные мотивы, вроде семейных разногласий, можно было не проверять - Зернов любил свою семью.

Одновременно рубоповцы проверили все связи Монахова. Это было непросто - подозреваемый имел правовой иммунитет, как депутат. Однако, Акулов, рискуя служебной карьерой, все-таки поставил его телефон на прослушку. Это дало ошеломительный результат.