Остальным же Син-ханза приказал скрыться в заранее подготовленных тайных убежищах, чтобы при случае ударить в тыл наступающим войскам дейзаку. Но вряд ли до этого дойдет, ведь Син-ханза решил ввести в бой свое лучшее оружие. И воины Средней ветви не должны были случайно пострадать, когда неукротимая ярость древней смерти падет на головы неразумных дейза.

Гаки-о-Моро. Они дождались своего часа.

Вновь едва заметно, почти на пределе зрения, перед глазами человека проявилась серая пелена. Тот ненадолго зажмурился. Открыл глаза. Выпрямился и еще раз сильно ударил по темному камню. Короткая боль вернула рассудку прозрачность родниковой воды. Теперь он видел ясно и так далеко, как с вершины высокой горы в яркий солнечный день.

Опустив бинокль, Ширай Гомпати десяток минут холодно смотрел вдаль. Туда, где его воины все еще сражались с войсками дейзаку, закрывая собой проход через южное ущелье. На лице у главы Средней ветви замерзла улыбка. Все шло так, как он и желал. Скоро, очень скоро Кинто почувствует на себе тяжесть его руки. Это будет рука истинного правителя, способного к твердым решениям ради общего блага.

Син-ханза уронил в карман пластину бинокля и провел ладонью по граниту. Под рукой что-то перекатилось. Син-ханза убрал руки с парапета и минуту недоуменно рассматривал поблескивающую песчинку. Пожал плечами, смахнул ее с камня и глубоко вздохнул.

Мир пах близкой победой.

Но откуда, к демонам, этот песок?!

Эта мысль занимала его недолго. Он вновь поднес к глазам толстую пластину бинокля и принялся внимательно осматривать место будущей славы. Через половину часа он бросил последний взгляд на долину и скрылся в глубине башни. Как бы там ни было, ночь надо еще пережить, а самое высокое строение в Доме - не слишком безопасное место. Ведь оно настолько заманчивая цель для тяжелого оружия дейзаку!