– Но, па, ты ведь замахнулся на него трезубцем…

– Видишь, Акхан, как вероломны эти чужеземцы?!

А затем обе лодки одновременно заскрежетали обо что-то килем и, застряв в тине, начали крениться набок.

– Отец, глянь, какая интересная статуя…

– Он ступил на клатчскую землю! Кальмарный ворюга!

– О, ПАПА…

Противники внезапно умолкли, главным образом чтобы перевести дух. Крабы бросились врассыпную. Вода на глазах отступала, пробуривая в серой тине меж покрытыми водорослями островками извилистые каналы.

– Отец, ты только посмотри, кое-где даже цветная черепица сохранилась…

– Это мое!

– Нет, мое!

На краткое мгновение взгляды Акхана и Леса встретились. Несмотря на мимолетность мига, юноши успели обменяться друг с другом весьма приличным объемом информации, начиная с галактического размера неловкости за то, что ты не сирота, ну и далее по списку.

– Па, но зачем… – начал было Лес.

– А ты закрой рот! Я ведь о твоем будущем думаю, сынок…

– Понятно, но какой смысл спорить, кто что первым увидел, а, па? Мы за сто миль от дома, и они тоже! Я к тому, все равно никто ничего не узнает!

Ловцы кальмаров обменялись взглядами.

Над их головами вздымались, капая водой, дома. Зияющие дыры вполне могли быть некогда дверьми, а небольшие прямоугольники без стекол – окнами, но сейчас эти здания населяла лишь тьма. Время от времени Лесу казалось, что он слышит, как внутри что-то скользит и шлепает.

Дубина Джексон прочистил горло.

– А ведь парень прав, – пробормотал он. – Что толку спорить? Кроме нас четверых, здесь никого нет.

– И то правда, – согласился Ариф.

Сверля друг друга взглядами, бывшие противники попятились. И почти одновременно раздались сразу два вопля:

– Хватай лодку!

После некоторой суматохи обе лодки, несомые на вытянутых руках, запрыгали над утопающими в грязи улицами.