Не обошлось и без Городской Стражи.

«Это не то же, что шпионить, – уговаривал себя командор Ваймс. – Шпионишь – это когда подсматриваешь из-за угла и украдкой заглядываешь в окна. А когда приходится подальше отходить, чтобы не оглохнуть от шума, – какое ж это шпионство?»

Он рассеянно чиркнул спичкой о сержанта Детрита.

– Это ж я, сэр, – с упреком отозвался сержант.

– Прости, сержант. – Ваймс прикурил сигару.

– А, ничево.

Оба снова прислушались к ораторам.

«Это все ветер, – думал Ваймс. – Ветер всегда несет что-то новое…»

Раньше ораторы, бродившие по кромке здравого рассудка (а то и углубляясь в мирные аллеи по ту сторону), выбирали для своих разглагольствований самые разные темы. Но сегодня на них как будто что-то нашло: все разом превратились в маньяков, одержимых одной и той же идеей.

– …Пора преподать им урок! – надрывался ближайший. – Почему наши так называемые лорды не прислушиваются к гласу народа? Мы сыты по горло этими распоясавшимися разбойниками! Они воруют нашу рыбу, подрывают торговлю, а теперь принялись и за нашу землю!

«Лучше бы они аплодировали», – подумал Ваймс. Как правило, одобрительных выкриков удостаивался всякий оратор, о чем бы тот ни говорил. Но сейчас люди лишь одобрительно кивали. «Да они ведь в самом деле ОБДУМЫВАЮТ услышанное…»

– Они украли мой товар! – вопил оратор напротив. – Это целая империя пиратов, демоны их побери! Меня взяли на абордаж! В анк-морпоркских-то водах!

Ответом стал общий ропот праведного негодования.

– А что украли-то, господин Дженкинс? – послышалось из толпы.

– Груз тончайшего шелка!