С видимым усилием, опираясь на подлокотники, Ратвен грузно поднялся с кресла.

- Верно, полковник. А теперь бы я предложил каждому из присутствующих хорошенько продумать дальнейшую работу собственных секторов, - и после этого комментария он протопал к двери.

Валдор выразительно оглядел оставшихся. Было очевидно, что ему не терпится вернуться к прерванной работе, но Эшу не хотелось уходить с пустыми руками. У него появилось предчувствие, что события ускользают из-под контроля, что назревает кризис гораздо более болезненный, чем простая кража документов. Всегда ли врага можно найти на другой стороне мира? Или, может, он рядится в те же самые одежды, живет под одной крышей и даже разделяет на словах те же цели?

В коридоре он заколебался, и Кэлгаррис, опередив его на пару шагов, нетерпеливо глянул через плечо:

- Не переживай так. Все равно у нас связаны руки.

- И ты тоже согласен применить редакс? - уже второй раз за последний час Эш испытывал чувство, будто твердая почва уходит из-под ног.

- Дело не в моем согласии или несогласии. Суть проблемы теперь в том, что либо мы возьмем верх, либо нет. Если они получили фору в восемнадцать месяцев, пусть даже в двенадцать... - руки полковника сжались в кулаки. Уж их-то не удержит никакой гуманизм.

- Так значит, ты убежден, что Ратвен добьется одобрения Комитета?

- Эш, уж ты-то должен знать. Когда имеешь дело с перепуганными людьми, то они внимают лишь тому, что хотят слышать. Не забывай, доказать, что редакс опасен, мы не можем.

- Но мы же использовали его лишь в строго контролируемом окружении. Ускорить процесс - значит, наплевать на все меры предосторожности. Отправить группу мужчин и женщин в их расовое прошлое и продержать их там слишком долго... Я просто не знаю, чем это грозит, - затряс головой Эш.

- Но ты-то в операции "Ретроспектива" с самого начала, такой великолепный успех...