На пожар не похоже – слишком уж темным, непроницаемым и огромным было дымное облако. Так мог дымить только Попокатепетль – вулкан, известный под этим названием на севере у ацтеков. Подобные извержения случались и раньше.

Никогда, правда, вулкан не коптил еще с такой яростью.

– Попо! – разом воскликнули майя. – Это Попо!

– Огня не видно, – заключил один из них.

Верапас пыхнул трубкой.

– Пока не видно. Но очень может быть, что скоро займется.

– И что это значит, господин Верапас?

– Это значит, – начал подкоманданте, – что скоро мы увидим огонь, в котором корчится проклятый Мехико, вполне достойный подобной пытки. Время пришло. Пора нам выбираться из джунглей. С сегодняшнего дня нашей главной и единственной целью становится столица.

Хуаресистас спрыгнули с деревьев на землю и теперь пребывали в некотором возбуждении. Оно не имело ничего общего с конвульсиями, от которых содрогалась земля.

Просто парни знали, что отныне они приобретают новый статус: превращаются из жалких повстанцев, защищающих от правительства свои бедные хижины, в полноправных борцов за свободу и участников гражданской войны.

Глава 1

Выступление в Кигали напоминало затянувшуюся дурную шутку. Верховный главнокомандующий вождь Стомика Магут Ферозе Анин прибыл в руандийскую столицу, пытаясь спастись бегством от своего разъяренного народа, численность которого означенный черный джентльмен здорово подсократил – даже щедрые дяди из Организации Объединенных Наций решили, что кормить в стране уже некого. О том, что ООН приостановила помощь, и поведал Верховный главнокомандующий собравшимся по такому случаю журналистам.

– Я больше не революционер, – сообщил он в заключение. – И жажду только одного – покоя.

Поскольку последние слова он произнес отчетливо и к тому же улыбаясь подкупающей белозубой улыбкой, ему поверили. Более того, сообщили об этом всему миру в тайной надежде, что все, сказанное вождем, – правда.