Управляющий и его свита удалились, унося с собой пресловутый огнетушитель, и тут Анин понял, что спать ему совсем расхотелось. Да, в Бужумбуре тоже небезопасно. Возможно, Дар-эс-Салам или Мапуту встретят величайшего военного гения всех времен и народов более благосклонно.

Сунувшись в туалет, он обнаружил там перепеленутую простынями чрезвычайно злобную Иветт, всем своим видом напоминавшую жертву политического террора. Развязав ее, он спросил:

– Что, черт возьми, с тобой приключилось?

– Среди ночи на меня набросился мужчина, – пожаловалась она. – Белый, весь в черном. Больше и сказать-то нечего.

– Что же ты не позвала на помощь?

– Он приставил мне к виску огромный пистолет.

– Значит, он был вооружен?!

– В жизни не видела такой страшной пушки!

Анин нахмурился.

– А почему же он не тронул меня? Ведь делать нечего было – пристрелить меня во сне.

Напяливая на себя одежду, Иветт потребовала плату за визит.

Магут Ферозе в изумлении уставился на нее.

– Ты не предупредила меня об опасности и полагаешь, я тебе еще что-то должен?! – прорычал он.

– Мне платят за любовь, а не за охрану. Получил удовольствие, вот и плати!

– Уж лучше я найму девицу, которая преуспела еще и в искусстве охраны.

– Бон шанс

Под конец Анин сдался. Отказаться платить по счету в роскошном отеле куда легче, нежели спровадить назойливую девицу. Кроме того, пора убираться из Бужумбуры подобру-поздорову. И чем скорее, тем лучше.

В Найроби при поселении в гостиницу у Анина возникли определенные трудности.

– Вы хотите получить номер, в котором бы не было огнетушителя? – недоуменно уставился на него служитель.

– Нет. Я хочу вселиться в комнату на этаже, где нет пожарного щита и соответственно огнетушителей.

– Но огнетушители у нас на всех четырех этажах. Это всего лишь мера безопасности.