Не понравился мне этот Дэвид Варном. Не понравились его замашки юного задиры, выпяченные губы, его вера в собственное превосходство. И не понравилось, что он возвышался надо мной, стоя на две ступеньки выше.

- Полагаю, вам уже приходилось работать на месте убийства, - начал было Варном.

- Я догадываюсь, что это такое. Что конкретно здесь произошло?

- Умерла девушка. - Не иначе, как что-то отразилось у меня на лице. Варном позволил себе улыбнуться и добавил: - Вы ждали, пока вынесут тело?

Я этого не отрицал.

- Я могу попросить принести все сюда, если вы не выносите вида крови, - продолжил он.

- Я должен задокументировать все на месте.

- Хорошо, но я не позволю вам подняться туда в таком виде, - заявил он и приказал типу в форме найти для меня комбинезон.

- Эксперты все еще работают? - поинтересовался я.

- Излишний вопрос.

Пока я облачался в белый комбинезон и подгонял бахилы, натянутые поверх кроссовок, Варном продолжал говорить. Видно, никак не мог уняться:

- Если почувствуете позывы на рвоту, пожалуйста, блюйте наружу. Не курите. Кто-то разбрызгал раствор, чтобы помешать собрать образцы ДНК… И следите, куда ступаете. Тони взбесится, если вы что-нибудь опрокинете или смешаете профили ДНК. Скверная смерть, и Тони хочет, чтобы мы собрали улики как можно быстрее.

- Уверен, что Тони может сказать мне это сам, - заметил я.

- Занимайтесь своим делом и не прибавляйте мне хлопот, - отрезал Варном и, повернувшись ко мне спиной, зашагал вверх по лестнице.

Теперь я спрашиваю себя: а случилось бы хоть что-то, если бы Варном повел себя при нашем знакомстве иначе?

Над нежилым первым этажом дом был разделен на то, что агенты по недвижимости любят называть квартирами-студиями. Поздний викторианский стиль, и, вне всяких сомнений, домом дорожила та мелкобуржуазная семья, которая жила в нем первой. Когда входил, я заметил кусок цветного витража над парадной дверью и железную решетку для чистки обуви перед лестницей.