— Капитан, — девушка погладила шелк. — Ты сказал, что такая ткань — настоящее сокровище. Мой народ беден и становится все беднее. Если кто-нибудь узнает тайну этой ткани, что хорошего нам это даст?
Он резко выдернул у нее ленту.
— Это невозможно.
— Возможно! — Дайрин заговорила быстро, одно слово за другим: — Женщины — самки — соткали это. С женщиной, тоже ткачихой, они обойдутся по-другому.
Большие мозолистые руки сжали ей плечи.
— Девушка, даже за все золото Карстена я не послал бы женщину в Устурт! Ты не понимаешь, о чем говоришь. Это правда, что у тебя есть Дар. Но ты не обученная колдунья, и ты слепа. И предлагаешь такую глупость… Эй, Видрут, в чем дело?
Дайрин уже почувствовала чье-то приближение.
— Прилив начался. Нам нужно сменить стоянку у скал, капитан.
— Хорошо. Ну, девушка, да послужит тебе защитой Правая Рука Лракена. Когда зовет корабль, ни один капитан не станет медлить.
И прежде чем она успела пожелать салкару добра, тот исчез. Девушка присела на свою жесткую скамью у станка. Руки ее дрожали, из глаз капали слезы. Она чувствовала себя так, словно ей дали в руки сокровище, а потом безжалостно его отняли. Она была уверена, что инстинкт не обманывал ее, что если кто-то и может узнать тайны Устурта, то только она.
Теперь, когда она прикоснулась к собственной ткани, та показалась ей грубой и отвратительной. Мысленно она видела лес, в котором от дерева к дереву протянулись сверкающие паутины из прямых нитей.
Через открытую дверь донесся морской ветер. Дайрин подняла голову, словно кто-то потянул ее за волосы.
— Кто ты? — быстро спросила она.
— Я Видрут, девушка, помощник капитана Ортиса. Она быстро встала.
— Он принял мой план? — она не видела другой причины появлению моряка в ее доме.
— Да, девушка. Он ждет нас. Дай мне руку… вот так… Мужские пальцы крепко сжали Дайрин. Она попыталась высвободить руку. Этот человек — что-то в нем было неправильное. Но тут на девушку упал плащ и так крепко окутал ее, что она не могла бороться. Нечистые запахи заполнили ноздри, но хуже всего было то, что Видрут взвалил ее на плечи, как будто она — всего лишь связка товара.