- Нужно, Сережа, чтобы было тепло, чтобы душа участвовала. Я тут мини-пекарню купила. Она у вас во втором ролике будет. Штука гениальная. Вечером ставишь на программу, и утром по всей квартире запах горячего хлеба, представляете, какое пробуждение. Вот надо так написать, чтобы зрителю этот запах прямо в ноздри заполз.

- Но здесь же цифры одни, и я вообще не знаю, как можно соединить фритюрницу с вашим жесткошерстным тремингатором.

- Сереженька, если б мы знали как, то сами бы и сделали. И деньги бы сэкономили, кстати, немалые. Или вы с этим не согласны? - Эльвира устремила на меня взгляд божества, которое только дает шанс, не принуждает. - Кто говорит, что просто? За просто никто не платит. Да не волнуйтесь, все у вас получится. С техникой Ваганетов поможет, он обязан все про нее знать, на то и нанят. Ваш тезка, между прочим, тоже Сергей. По батюшке вы как?

- Дормидонтович.

- Сергей Дормидонтович - редкое сочетание. Нет, у него попроще Сергеевич. Ладно, время дорого, ноги в руки, Сережа, и завтра утречком вдвоем на "Крекекекс". Все они вам там включат, покажут в действии, жюльеном накормят. Шучу, ничего не дадут, а должны бы, жмоты, за бесплатную рекламу. Сережа, только не затягивать, послезавтра как штык...

С тезкой я встретился глубоко под землей на станции метро "Октябрьская". Высоченный оказался парень и очень приличного вида. Сразу вручил мне визитную карточку на двух языках с тиснением, а у меня, ясное дело, ничего такого не оказалось, и вышла неловкость, как будто я какая-то немолодая шпана.

- Сергей Дормидонтович, ты по-французски шпрехаешь? - спросил он, превратив предварительно в костную муку фаланги моей правой руки. - Жаль, они уважают, когда по-ихнему. Там, правда, наших полно дармоедов, как-нибудь переведут.

Хорошая кожа солнце не отражает, она его впитывает.