— Если вы воображаете, что я пойду на это, значит, вы окончательно свихнулись!

Дверь с шумом распахнулась. В кабинет торопливо вошел доктор Мэрфи и громко захлопнул дверь.

— Разве вы не знаете, что нельзя врываться в кабинет без стука? — укоризненно произнес я. — Откуда вам известно, сколько здесь бегает голых дамочек? А вдруг им не хватит нижнего ящика письменного стола?

— Это правда? — Мэрфи хмуро взглянул на Лейверса. — Ладно, шериф, по одной голой дамочке мне и Уилеру, и город никогда об этом не узнает.

— Я… — Лейверс глубоко вздохнул и бессильно откинулся на спинку кресла. — Какой толк с вами пререкаться?

— Протокол вскрытия… — Мэрфи бросил бумаги на письменный стол. — Могу точно сказать, чего здесь не было: преступления в порыве страсти.

— Вы хотите нам что-то сообщить? — догадался я.

— В сексуальном плане ее никто не трогал, — пояснил Мэрфи. — На затылке имеются следы двух сильных ударов, но кожный покров не нарушен.

— Значит, по всей вероятности, убийца сначала ее оглушил, а уже потом, когда она потеряла сознание, ударил ножом? — уточнил я.

— Правильно, — подтвердил он. — Хотите еще что-нибудь услышать от своего блестящего медика?

— Попробуй вас теперь остановить! — простонал я.

— Мне неожиданно пришла в голову одна мысль, — самодовольно заявил он.

— Для вас это было бы уникальным явлением! — хмыкнул Лейверс.

Мэрфи мельком глянул на него, но решил игнорировать это замечание.

— Я подумал, что это стоит проверить. Помните букву «J», нарисованную у нее на лбу? Эд Сэнджер еще обратил на нее особое внимание. — Это была не ее кровь.

— Ну-ка повторите, — попросил я.

— Другая группа крови. У нее нулевая группа, а буква нарисована кровью группы А-В. И та и другая — распространенные группы крови, так что это мало что дает, но я подумал, что вы должны это знать.

Лейверс несколько секунд энергично растирал себе скулы, затем хмуро глянул в мою сторону: