— Трижды.

— Значит, с моими — шесть, — задумчиво произнес я. — Вошло двое парней; тот, который мертв, заказал выпивку, бармен их обслужил. Через несколько минут один из парней ушел.

— У нас имеются описания его внешности, — хмыкнул Кайли. — Он был высоким, низким, толстым…

— Вот именно! — простонал я. — Как они сидели в кабине?

— Когда бармен принес выпивку — лицом друг к другу.

— Так что убийца, должно быть, обошел вокруг стола и уселся рядом с Мейсоном, потом всадил ему нож между ребрами… Что нам это дает, сержант?

— Ничего, лейтенант.

— Вы правы, — согласился я. — Вам никогда не приходило в голову изменить профиль своей работы?

— Как раз сейчас я об этом подумал.

— «Великие умы и отчаиваются одинаково», — процитировал я чье-то изречение из недавно прочитанной книжонки. — Как вы смотрите на то, чтобы закруглиться и отправиться домой?

— Прекрасно, лейтенант! — Он немного приободрился. — Я подумал, с этим делом мне придется торчать тут до утра.

— Ну что вы, дело совсем плевое, — сообщил я ему, — хотя и безнадежное.

— Вы возвращаетесь в офис шерифа?

— Только не я. — Я решительно покачал головой. — Немедленно отправляюсь в стриптиз-притон.

От «Джимми-плейс» до «Джаззи-шасси»— десять минут езды. У меня было время подумать о парне, который пришел вместе с Мейсоном в бар, убил его и спокойно вышел вон. Это должен был быть человек, которого Мейсон знал и которому доверял. Вывод вроде бы естественный, и он удовлетворял меня в течение нескольких минут, пока я не припомнил, что Мейсона смертельно напугал его преследователь. Возможно, он заподозрил, что преследователь подставил его, подстроил все так, чтобы на Мейсона пало обвинение в убийстве Брукс. И тогда он решил пригласить этого типа в бар, зная, что через несколько минут там появлюсь я, так что ему удастся сдать мне парня и в то же время снять с себя подозрение.