Менолли приказала коричневым прекратить свои воздушные трюки, Тетушкам и Дядюшке велела сесть на подоконник, а Нырку с Крепышом — на спинку кровати. Сильвина тем временем успокаивала Данку и уговаривала ее выйти из угла. Прошло немало времени, пока маленькая домоправительница соблаговолила наконец взглянуть, как Сильвина управляется с Лентяем — тот позволял себя гладить любому, лишь бы это не требовало никаких усилий с его стороны. Менолли же стало окончательно ясно, что Данка никогда не смирится с их присутствием в доме. Девочка почувствовала: толстуха невзлюбила ее за то, что она стала свидетелем ее трусости. На какой-то миг она даже пожалела, что не осталась в Вейре, где все относились к ее файрам вполне дружелюбно. Тихонько вздыхая, Менолли стала поглаживать Красотку, рассеянно слушая, как Сильвина уверяет Данку, что файры не могут причинить никакого вреда ни ей, ни ее подопечным, а все домоправительницы Форта умрут от зависти, когда узнают, что у нее в доме поселилось девять файров…

— Как — девять? — испуганно пискнула Данка и снова схватилась за юбку, чтобы накинуть ее на голову. — Девять этих мерзких тварей будут носиться по моему дому…

— Они не очень-то любят сидеть дома, разве что ночью, — сказала Менолли, надеясь успокоить Данку. — И потом, их редко можно увидеть со мной всех сразу.

Перехватив злобный трусливый взгляд, который метнула на нее толстуха, Менолли поняла, что ее тоже редко можно будет увидеть вместе с Данкой, во всяком случае, домоправительница приложит к этому все силы.

— Нам пора, Менолли. Ты ведь еще должна подобрать себе гитару в мастерской, — напомнила Сильвина. — Если тебе, Данка, понадобится сено для тюфяков, пошли служанку к нам в Цех, — добавила она, приглашая девочку следовать за собой. — Менолли будет поддерживать с Цехом арфистов более тесную связь, чем остальные твои постоялицы…

— Все равно, ей, как и остальным, придется возвращаться домой до закрытия дверей, или пусть ночует в Цехе, — предупредила Данка, когда Менолли с Сильвиной уже спускались по лестнице.